Добавлено в закладки: 0
В доме, где ящики пахли пылью и дождём, мальчик нашёл старый лист. На нём почти не было чернил — только светлая тень, будто река ушла, а русло осталось. Он не сжёг его, не спрятал — оставил на столе у окна и слушал, как молчит бумага, палимпсест, в котором шепчет прежнее.
Сначала он хотел придумать новый алфавит. Буквы рассыпались, как птицы, и не садились рядом. Ковёр смысла расползался по краям, как течёт глина у гончара, когда руки торопятся. Слова не держали друг друга.
Он провёл пальцем по едва видимому следу и увидел, как прежние буквы вспоминают дорогу. Он попробовал сложить их иначе — не перечёркивая, а меняя соседство. Слово за словом, как камень к камню, как дыхание к дыханию.
Лист принимал это мягко, как земля принимает дождь. В паузах между строк возникал тонкий шов — не трещина, а место, где возвращается свет. Мальчик понял: новое растёт из того, что уже живёт, если его не торопить.
Когда он поднял лист к окну, старая тень и новая строчка зазвучали вместе. Тот, кто умеет слушать, мог прочесть оба голоса сразу — и добавить свой там, где бумага ещё дышит.
Притчи безмолвия
Автор публикации
9 комментариев
Выберите тарифный план, чтобы оставлять и просматривать комментарии100
490
1190