Добавлено в закладки: 0
Смертельные сказки. Аллеи Ангелов. 1 часть.
Испъём мы когда-то победный кубок. Сто грамм.
За Полину! Упавшию навечно от мин.
За сию Шестилетнюю девочку. Из Славянска.
Не дышащую жизнью от злых молний. Карачуна.
И второй Мы рюмкой не чокаясь, поднимаем сей тост.
За пятилетнего Арсения. И его сладкий сон.
Наматывающего в сине. Велосипедный прогон.
И где он вместе со своей мамулей живёт. Во весь рост.
И третьим своим бокалом. Мы молчим до самого дна.
За тринадцатилетняя Таню и её небеса.
Когда минуты молчания ей не хватит. Ни когда.
А ведь неизбежность ей вручила пуля. Правосека.
И четвёртым мы фужером окропим чью-то память.
А памяти застывшей в камне. Мамы Валерии.
Над коляской годовалой её дочки Настеньки.
Чтоб от своей дочурки. Повернуть время смерти вспять.
И пятой мы чаркой помянем всю донецкую эту семью.
Сих родителей и их дочек. Что ускользнули в ту тишину.
Того их заброшенного острова. Где есть могильный покой:
Где не вырастет больше. Одиннадцатилетняя Кристина.
И где шестилетняя Александра замерла как картина.
Когда бендерский снаряд убрал их со своего пути долой.
И шестой мы чашкой запомним. Сей малютки глаза.
Где Егорке не споёт колыбельную мама. А лишь синева.
И где Не оставили ему шанс на спасение.
В Городе Антраците. Злокозненное это беснование.
И седьмой мы кружкой отдадим дань сим воспоминаниям.
Где зугрэские семьи умерли? предсмертных стенаниях:
Вся семья Пратасовых: Антон и Ирина.
И ихний пятилетний сыночек Данила.
А также шестнадцатилетний несовершеннолетний. Орлов Дмитрий.
И также трехлетняя Анна Костенко и её отец Евгений.
И где отобрали у них возможность дальше жить.
Множество Кассетных буров. Чтоб смертью их всех крыть.
И восьмой мы стопкой воскресим в себе сей геройский эпизод.
Когда Кирилл, приняв своим вечным животом все осколки. За сестру.
И где сестра Таня выжила? Благодарю брату своему.
Где Он подпёр своей спиной падающий на неё чёрный небосвод.
И девятым мы гранёным стаканом бередим нашу старую рану.
Когда шестнадцатилетней лебедушке с небосвода. нет возврату.
Ведь попала Ярослава в автобусе под бандитскую раздачу.
Между Хрощеватым и Новосветловкой. В сего людей кровемешалку.
И десятой мы фляжкой. Вернёмся мысленно к тому ужасному фото.
Где увековечено смертельное ложе Горловской Мадонны. И её чадо.
А в миру бездыханная двадцати трёх летняя мама Кристина Жук.
И её десятимесячная доченька. Не издающая ни единый звук.
И одиннадцатой мы чашей помянем. Спортивные успехи Никиты.
На его атлетических мероприятиях. Этой греко-римской борьбы.
Где двенадцатилетний подросток в посёлке Азотном. Лишь приближал сии мечты.
Но очутившийся он по пути к тренировке. Под умерщвляющим жаром плиты.
И двенадцатым мы кувшином воспроизводим в сердце тот страшный день.
Где по выезжающей семье на машине. Открыли удушающий огонь.
Те бендерские завоеватели, что заметили их. В свой прицел.
Чтоб шестилетнюю Лизу и её отца сразу отправить в небесный портал.
Фашизм каким он стал сейчас.
Автор публикации
