Добавлено в закладки: 0
На перроне Дашу встречали младшенькие. Брат сгрёб её в охапку и закружил. Даше показалось, что за время её короткого отсутствия Колька возмужал ещё больше. Сестрёнка, прижавшись к Даше, заплакала от радости. Не было только матери. Даша, боясь услышать страшное, осторожно поинтересовалась: «Где она?» Слава Богу, у матери было всё хорошо, и она просто не смогла отпроситься с работы. Вечером, когда за столом собралась вся семья, Даша выложила главную новость. Она студентка! Но не актерского, а режиссёрского факультета. Мать отчего-то обрадовалась. А вот Машутка огорчилась: «Мы тебя не будем смотреть по телевизору? А я всем девочкам сказала, что моя старшая сестра будет сниматься в сериалах!» Дашу всё время мучил вопрос: «Почему мать никогда не рассказывала, что училась на актрису?» Но поднимать щекотливую тему за столом при всех не стала.
Несмотря на протесты матери, оставшееся до учёбы время Даша не отдыхала. Она трудилась, не покладая рук. В Москве надо будет на что-то жить. Не тянуть же с матери. Той и так тяжко придётся. Попробуй на одну зарплату втроём прожить. Колька-то, когда зарабатывать начнёт. Только колледж закончил, работу ищет. Поэтому часть денег Даша откладывала для семьи. Свободного времени практически не оставалось. Домой Даша возвращалась поздно и «без задних ног» валилась в постель.
В последний день перед возвращением в Москву всей семьёй пошли на кладбище навестить отца. Долго сидели перед убранной могилкой. Потом мать отправила их домой, сказав, что скоро придёт. Даша проводила младших за кладбищенские ворота, а сама вернулась за матерью. Та как раз прощалась с отцом, и дочь невольно подслушала. «Не бойся за меня. Больше такого не будет. Я справлюсь. И спасибо тебе за дочь. Что бы было со мной, если б не ты, родной!» Мать и дочь медленно шли по уже пустынным дорожкам кладбища. На Дашу нахлынули горькие воспоминания.
В самый разгар школьных выпускных экзаменов скоропостижно скончался отец. Что стоило тогда ей собраться и блестяще сдать ЕГЭ! А мама не справилась. Папу она любила сильно. Депрессия у неё была страшная и затяжная. После похорон мать всё время лежала, отвернувшись к стене, не разговаривала и не отвечала на вопросы. Происходящее её не интересовало. Брат с сестренкой, как неприкаянные бродили по дому.
Тогда Даша взяла все домашние заботы и хлопоты на себя. Мать продолжала безучастно лежать на диване и страдать. На заводе вначале входили в её положение, но в конце концов предложили уйти по собственному желанию. Сбережений практически не осталось. Продали Дашино пианино. Но денег хватило ненадолго. А дальше как жить? Ребятишек, восьмиклассника Кольку и первоклашку Мариночку-в школу надо собрать. Да и матери без помощи специалистов, видимо, не справиться. А консультации психологов страшно дороги. Вот и пришлось Даше свою мечту отложить на неопределенное время. Какой уж здесь театральный? Свой аттестат «с отличием», золотая медалистка отнесла в колледж, выбрав рабочую специальность. Не могла она бросить семью на произвол судьбы.
Увидев документы, преподаватели колледжа её долго уговаривали: «Девочка! Ты сошла с ума. Ну какой мастер отделочных работ? С таким аттестатом и результатами ЕГЭ ты первая в списке на самые престижные профессии. Выбирай любое направление: дизайн, товароведение, юриспруденция. Все двери перед тобой открыты. У нас таких абитуриентов никогда не было!» Но Даша была непреклонна. Семью надо кормить. На мать надежды нет. А штукатур — маляр без работы никогда не останется, да и получает прилично. Начав обучение и получив азы ремесла, она практически сразу стала «подхалтуривать» на ремонтах и отделках квартир.
Всё это время мать по-прежнему пребывала в прострации. Происходящее с дочерью её не интересовало. Хотя раньше в доме «ломались копья» по поводу выбора будущей профессии. Первые заработанные деньги Даша потратила на психолога. Ей правдами и неправдами удалось затащить мать к нему на консультацию, но работать с ней тот отказался. «У вашей мамы нет самого главного: желания что-либо менять. Я бессилен в этой ситуации. Ждите. Время лечит или, возможно, какое -то эмоциональное потрясение вернёт её к жизни», — таков был вердикт известного в городе специалиста.
Пролетевший год ситуацию не изменил. Даша завершила обучение, пошла работать на стройку. И помимо основной работы хваталась за любое предложение. Она могла всё: оштукатурить, прошпаклевать, покрасить, поклеить обои, положить венецианскую штукатурку, выполнить самую сложную фреску. Число частных заказов неуклонно возрастало. И тут произошло эмоциональное потрясение, встряхнувшее мать.
Пятнадцатилетний Колька, несмотря на сопротивление Дарьи, всегда помогал ей на частных заказах. Рослому, физически крепкому парню было стыдно сидеть на шее сестры. А тяжелой работы хватало. Не таскать же хрупкой сестрёнке тяжеленые ведра со строительными смесями, банки с краской, рулоны обоев, стремянку, выносить строительный мусор. Вот и в этот раз он был с ней.
Даша, завершив настенную роспись в элитной новостройке, собрала инструменты и переоделась в платье. Колька отправился выносить строительный мусор. В этот момент нарисовался хозяин квартиры. Даша видела его однажды. Все переговоры она вела с супругой неприятного типа. Огромный свиноподобный мужик, увидев девушку, плотоядно облизнулся:
«Ну что, красавица! Предложение у меня к тебе. Деловое. Не надоело чужие квартиры обустраивать? Хочешь, у тебя такая же будет? Только скажи: «Да». Всё для тебя сделаю. И работать больше не будешь ни дня. Гарантирую». Неожиданно мужик подскочил к растерявшейся Даше и стал валить на пол, задирая подол платья. Даша дико закричала, извернулась и ударила насильника ногой в пах. Тот согнулся пополам и зарычал как зверь. Даша попыталась добежать до входной двери, но свиноподобный перехватил её, порвав платье. В этот момент появился Колька. Вмиг оценив обстановку, мальчишка кинулся на обидчика сестры. Завязалась драка. Силы были не равные. Вот уже Колька извивается и хрипит под гориллой, а пальцы того всё сильнее сжимают горло пацана. И тогда Даша, схватив металлический шпатель, со всей силы ударила мужика по затылку. Тот обмяк. Потекла кровь.
Даша позвонила хозяйке квартиры, вызвала скорую и полицию. Мужика увезли в больничку. Сотрясения у него не оказалось. Видимо, в голове свиноподобного сотрясаться было нечему. А вот небольшой шов наложили. Показания же с них брали практически до утра. Хозяйка квартиры, хоть и злая на супруга, умоляла Дашу не писать заявления на него. Полицейские, напротив, настаивали на подаче. Попытка-то на лицо: синяки на её на теле, следы рук мужика на шее Кольки, разорванное платье.
Жалость взяла верх. От медицинского освидетельствования Даша отказалась и заявление подавать не стала. Ребят довезли до дома на машине полиции. В этой суматохе они забыли позвонить матери. А та, наконец, «очнулась» от своей спячки. Не дозвонившись до детей, она всю ночь просидела на скамейке у подъезда. Увидев остановившуюся у дома полицейскую машину, дочку в разорванном платье и прихрамывающего сына, женщина со слезами бросилась навстречу детям. Верно говорят: «Не было бы счастья, да несчастье помогло». После этого происшествия мать, наконец, встряхнулась и вскоре вернулась на прежнюю работу. Жизнь стала налаживаться. Тогда Даша и решила, что пора вернуться к своей мечте. Да и мать уже не возражала против решения дочери поступать в театральный.
Вечерком дружно посидели за столом в тёплой компании набежавших соседок и немногочисленных подружек Даши. Спать легли пораньше. Поезд-то в шесть утра. Ночью Даша проснулась от прикосновений матери. Та сидела подле неё на кровати, гладила по голове и нашёптывала что-то ласковое.
— Мама, ты чего?
— Спи, доченька. Я так. Попрощаться с тобой зашла. Днём всё недосуг тебе. Что бы я без тебя делала? Ладно, спи, родная. Не буду мешать тебе.
—Подожди! Мамочка, полежи со мной, как в детстве.
Лилия юркнула в постель дочери и крепко обняла её.
— Солнышко моё! Может, тебе первый курс не в общежитии жить? Давай я с теткой Ксенией договорюсь. Приютит она. Не откажет, — и услышав отрицательный ответ Даши, продолжила. — Ты не смотри, что она суровая. Жизнь у неё не сложилась. Кроме нас у неё и нет никого. Переживает она за нас сильно.
— Мама, а ты тоже у тётки Ксении жила, когда на актерском училась?
— Ты как узнала? — ахнула Лилия. — Тётка рассказала?
— Нет. Соседка её, Аглая Петровна. Она мне и программу готовить помогла.
— Кровиночка моя, заклинаю тебя! Держись от этой семьи подальше. Бог с тобой! Живи в общежитие. Может, оно и лучше будет!
— Мама, а почему ты учиться не стала?
— Тобой забеременела. Замуж вышла. Какая уж тут учёба… И, помолчав, добавила. — Вот ещё что, Даша. В жизни оно всяко бывает. Если забеременеешь вдруг, от ребёнка не избавляйся. Дети-они важнее всего. Вырастим! Ну, ты у меня девочка умная. Сама всё знаешь. И вот еще что, Даша. Деньги, что ты мне давеча оставила, я тебе завтра на карточку переведу. Не вздумай возвращать. Они тебе сейчас важнее. Одежду вон к осени прикупить надо. В чём ходить-то будешь? А за нас не волнуйся. Меня на работе в прежней должности восстанавливают. Зарплата выше будет. Да и Кольку на собеседование пригласили. Даст Бог, и он зарабатывать начнёт. Так что мы ещё и тебе помогать деньгами сможем. Лилия еще что-то долго убаюкивающе говорила дочери, но охваченная сном, Даша уже не слышала её слов.
Продолжение следует
Провинциалка
Автор публикации
"Зря, просто так обижать человека не надо. Потому что это очень опасно. А вдруг он Моцарт? К тому же ещё не успевший ничего написать, даже "Турецкий марш". Вы его - обидите - он и вовсе ничего не напишет. Не напишет один, потом другой, и на свете будет меньше прекрасной музыки, меньше светлых чувств и мыслей, а значит, и меньше хороших людей.
Конечно, иного можно и обидеть, ведь не каждый человек - Моцарт, и всё же не надо: а вдруг...
Не обижайте человека, не надо.
Вы такие же, как он.
Берегите друг друга, люди!"
Леонид Енгибаров
За душу берёт эта глава. Вот так должна выглядеть настоящая семья.
Так сказать, образец правильной Семьи.
Где каждый Друг за друга держаться единым целым.
Вдохновение Вам Лана и успехов Вам во всём.
С уважением к Вам Андрей.