Добавлено в закладки: 0
Я родился после войны в городе, лежащем далеко от её разрушений. Она для меня ассоциировалась с фильмами о героях войны, роли которых исполняли актеры. И если они гибли в военном фильме, то я их видел живыми в следующем фильме. И война казалась очень далеким событием. А когда я начал ездить в командировки по европейской части СССР, то все разрушения были уже восстановлены.
В одной из таких командировок, где-то в начале 80-х годов, я попал в город Киев, где жил мой дядя — нейрохирург. Во время войны он был полевым хирургом, и вся его грудь была увешена наградами. В серванте на самом видном месте лежала металлическая проржавевшая банка. Меня это очень удивило. И в последний день я спросил дядю: «Почему эта ржавая банка лежит на почетном месте?». Дядя вытащил ее из серванта и начал свой рассказ: «Это моя слава и наше общее горе. Я прошел всю войну, делая солдатам и офицерам операции на головном мозге. Если разбит череп, то очень маленький процент выживаемости. Моя бригада медиков по 24 часа работала за операционным столом. Одна операция длилась по 5-10 часов, и мы делали все, чтобы спасти бойца. Не всегда это удавалась. И чудом было спасение раненых. Поэтому я начал собирать осколки из мозга выживших раненых и складывать их в эту банку. Так с ней я прошел всю войну». Он попросил меня протянуть руку и положил на нее один осколок. Холодный, бесформенный, жуткий кусок войны привел меня в ужас, затем он высыпал мне на руки часть содержимого банки. Это были осколки с запекшейся кровью. И впервые я почувствовал всю горечь, страх и боль войны. Потом я пересчитал осколки — их было 241. 241 жизнь была спасена за 1418 дней войны.
Для меня эти осколки стали не фильмом о войне, а реальным напоминанием о ней, о её жертвах.
* Рассказ впервые напечатан в журнал-газете «Мастерская» 12 ноября 2019 года.
Автор публикации
5 комментариев
Выберите тарифный план, чтобы оставлять и просматривать комментарииПри продлении тарифного плана до его завершения предоставляется скидка 25%.
50
490
1190